Подготовка к казни и казнь

1.jpg – дом Ипатьева

В начале июля 1918г. в Екатеринбурге полным ходом шла подготовка к акции по уничтожению царской семьи Романовых. 4 июля из Екатеринбурга в Москву была отправлена телеграмма: «Председателю ЦИК Свердлову для Голощекина. Сыромолотов как раз поехал для организации дела согласно указаний центра, опасения напрасны. Авдеев сменен, его помощник Мошкин арестован, вместо Авдеева – Юровский, внутренний караул весь сменен, заменяется другим. (подч. Л.Л.). Белобородов».

11 июля 1918г. в своем дневнике Николай Александрович записал: «Утром около 10 1/2 часа к открытому окну подошли трое рабочих. Подняли тяжелую решетку и прикрепили ее снаружи рамы – без предупреждения со стороны Юровского. Этот тип нам нравится все менее».

Последний день земной жизни узников дома Ипатьева сохранился в записи дневника Александры Федоровны: «3/16/ июля. Серое утро… Ребенок подхватил легкую простуду. Все вышли на полчаса утром… Каждое утро комиссар приходит в наши комнаты. Наконец-то, через неделю, снова принес яйца для ребенка. [В]. 8 часов ужин. Внезапно Лика Седнев был вызван на встречу с дядей и улетел – удивляюсь, право, на это, посмотрим, вернется ли назад…».

На привале во время морской прогулки. Финский залив, 1914 г.

(здесь и далее – фотографии из фондов РГАСПИ предоставлены автором)

В это время комендант Я.М.Юровский готовил расправу над царской семьей. Все было готово к убийству Романовых. Ждали приказа из центра в ответ на телеграмму Голощекина и Сафарова в адрес Зиновьева, которую тот переправил в Москву Свердлову и Ленину и просил их «снестись» с Екатеринбургом. В Москве эта телеграмма была получена в 21 час. 22 мин., в Екатеринбурге было 23 час. 22 мин.

Казнь

Сцена казни известна из следственных протоколов Н.А.Соколова, со слов участников и очевидцев и рассказов непосредственных исполнителей: Я.М.Юровского – коменданта Дома особого назначения; П.Г.Никулина – помощника помощника коменданта и М.М.Медведева-Кудрина – чекиста, члена коллегии Уральской областной Чрезвычайной комиссии и других.

Я.М.Юровский рассказал о расстреле царской семьи в трех документах: «Записка» (1920 г.); «Воспоминания» (1922 г.) и Выступление на совещании старых большевиков в Екатеринбурге (1934 г.). Все детали этого злодеяния, переданные главным участником в разное время и при совершенно отличных обстоятельствах, сходятся в том, как была расстреляна царская семья и ее слуги.

По документальным источникам возможно точно установить время начала убийства Николая II, членов его семьи и их слуг. Я.М.Юровский во всех трех документах говорит, что автомобиль, доставивший последний приказ об убийстве, прибыл в половине второго ночи с 16 на 17 июля 1918 года. После чего комендант приказал лейб-медику Боткину разбудить царскую семью, которая по расчетам Юровского 30-40 минут одевалась и была сведена в полуподвальную комнату дома Ипатьева. Самое страшное началось в половине третьего и закончилось в три часа ночи.

Наиболее полно и откровенно трагическая ночь на 17 июля 1918 г. описана Я.М.Юровским в 1922 г.: «Я предложил всем встать. Все встали, заняв всю стену и одну из боковых стен. Комната была очень маленькая. Николай стоял спиной ко мне. Я объявил, что Исполнительный Комитет Советов Рабочих, Крестьянских и Солдатских Депутатов Урала постановил их расстрелять. Николай повернулся и спросил. Я повторил приказ и скомандовал: «Стрелять». Первый выстрелил я и наповал убил Николая. Пальба длилась очень долго и несмотря на мои надежды, что деревянная стена не даст рикошета, пули от нее отскакивали. Мне долго не удавалось остановить эту стрельбу, принявшую безалаберный характер. Но когда, наконец, мне удалось остановить, я увидел, что многие еще живы. Например, доктор Боткин лежал опершись локтем правой руки, как бы в позе отдыхающего, револьверным выстрелом с ним покончил. Алексей, Татьяна, Анастасия и Ольга тоже были живы. Жива была еще и Демидова. Тов. Ермаков хотел закончить дело штыком. Но, однако, это не удавалось. Причина выяснилась позднее (на дочерях были бриллиантовые панцири вроде лифчиков). Я вынужден был по очереди расстреливать каждого».

На допросе начальник охраны Ф.П.Проскуряков показал следователю И.С.Сергееву, что в три часа ночи его разбудил П.С.Медведев для мытья полов в расстрельной комнате. У его напарника Е.А.Столова были часы. Время окончания казни – 3 часа – называли и другие свидетели, допрошенные «белым» следствием. Следовательно, само убийство, сопровождавшееся достреливанием и докалыванием штыками винтовок произошло в период с половины третьего до трех часов ночи с 16 на 17 июля.

В начале четвертого часа, с рассветом, трупы убитых были вывезены из дома Ипатьева. В Москве был час ночи с небольшим. И.Ф.Плотников в своей книге задал вопрос: «Спали ли там, в кремлевских дворцах, вершители судьбы Романовых?» Н.К.Крупская вспоминала, что В.И.Ленин вернулся в квартиру ранним утром. Значит, спать он не ложился, и вряд ли в его сердце и мыслях отдались выстрелы, прозвучавшие в Доме особого назначения.

В литературе до сих пор дискутируются вопросы: кто убил Николая II, кто отдал приказ о расстреле царской семьи; какова причастность В.И.Ленина, Я.М.Свердлова, Л.Д.Троцкого, Ф.Э.Дзержинского к трагедии, свершившейся в ночь на 17 июля 1918 г. в Екатеринбурге.

На вопрос, кто убил Николая II, даже не стоит отвечать, т.к. претендентов на роль цареубийцы было много; они ждали знаки отличия за «выдающийся» революционный подвиг – убийство императора. Но никто из них никогда не бравировал, что ими же были убиты дети, слуги и императрица Александра Федоровна.

Более важными для нашей общественно-политической жизни сегодня являются вопросы о роли советско-партийной элиты в решении судьбы царской семьи. Вся совокупность документов, вышедших из структур партийно-государственного аппарата: решения СНК, ВЦИК; постановления Пленумов ЦК РСДРП(б), обмен телеграммами Москвы и Екатеринбурга в марте-июле 1918 г. - свидетельствует о постоянном контакте В.И.Ленина и Я.М.Свердлова с А.Г.Белобородовым, председателем Уральского областного совета. 7 июля 1918 г. В.И.Ленин отдал распоряжение о предоставлении «возможности председателю Уральского областного совета А.Г.Белобородову связаться с Кремлем по прямому проводу». Установка прямого провода – буквопечатающего телеграфного аппарата Д.Э.Юза – давала возможность непосредственно переговариваться, считывая с ленты буквенный текст и диктуя свой. Открылась возможность для прямых переговоров, в том числе и особо секретных, В.И.Ленина и Я.М.Свердлова с уральскими деятелями. Переговоры эти состоялись и перед убийством в Доме особого назначения, и после него.